?

Log in

No account? Create an account
ОГФ, Оборона, нацболы, НБП, Марш несогласных

Марш несогласных

Сообщество российской оппозиции

Previous Entry Share Flag Next Entry
С любовью к Киселёвску
ирисы
bel_ok wrote in namarsh_ru




viacheslavchern


19 июня, 21:08




Это город Киселёвск, Кемеровской области. Точнее - территория, на которой он располагается. Попробуйте найти среди пятен угольных разрезов город с населением 90 тысяч человек. Эти 90 тысяч очень нужны, когда на выборах необходимо переизбрать действующую власть и не нужны в остальное время.

Я пытаюсь представить себя на месте жителей Киселёвска и мне становится плохо. То, что происходит с ними – это чудовищно и несправедливо. Я бы очень хотел их как-то поддержать, но эта ситуация как раз из разряда тех, о которых говорят – спасение утопающих в руках самих утопающих.
Если бы я мог обратиться с небольшой речью к жителям Киселёвска, то это бы прозвучало так:

Но прежде, чем я произнесу эту речь, я хочу сделать отступление и провести несколько параллелей между Германией и Россией.
Так уж вышло, что наши страны тесно связаны исторически. Обе наши страны обладают огромными запасами угля, обращение с которым является одним из фундаментальных столпов экономики, при этом, в нашей общей биографии записан факт нашей победы над Германией, что служит дополнительным вкусовым нюансом для сравнения.

Экономика Германии самая крупная в Европе и у неё колоссальные энергетические потребности, которые, большей частью, восполняются углём.
Германия приняла решение до 2022 года полностью избавиться от атомной энергетики, в связи с чем потребность в угле возросла.
Тем не менее, Германия держит устойчивый курс на полный отказ от использования угля, который по прогнозам состоится ближе к середине века.
Последняя угольная шахта Германии была закрыта в 2018 году. Остались только разрезы.

Естественный ход событий привёл к поглощению угледобывающих компаний крупными энергетическими гигантами.
И это логично – если уголь используется в основном для производства энергии, включение угледобычи в единый производственный цикл, оправданно. Это приводит к снижению себестоимости электроэнергии, что необходимо для обеспечения экономического роста.

Германия стремится к сокращению угледобычи, а это означает, что доля импортируемого угля растёт.
Крупнейшим поставщиком угля в Германию является Россия.
Всего 20 лет назад в России соотношение внутреннего потребления угля и угля, отправляемого на экспорт, было 9 к 1. Сегодня доля экспортируемого угля составляет 50%.

Чем же обусловлено движение противоположными курсами России и Германии в угольной отрасли?
Экологическими стандартами и технологией добычи.
Давайте бросим беглый взгляд на то, как организована работа немецкого разреза по добыче угля.


Вот один из крупнейших действующих разрезов.

Здесь добывается уголь для питания расположенных вблизи ТЭЦ.

Отметим, что богатый человек в Германии не может запросто как в Кузбассе, получить лицензию на добычу угля, и начать копать огромный карьер, продавая уголь куда ему заблагорассудится, набивая свои карманы баблом.
Добыча угля строго регламентируется потребностями экономики и не может вестись в ущерб экологическому и экономическому благополучию граждан Германии.

Прежде, чем разрез приступит к добыче, проводится кропотливая работа. Без учёта мнения местных жителей и соблюдения их интересов разрез не откроется.
Плюсы от соседства с разрезом для жителей близлежащих населенных пунктов должны перевесить минусы. Баланс интересов соблюсти нелегко, и на переговоры с городом может уйти много времени.

Местный муниципалитет становится владельцем акций и получает доход от добычи как акционер. То есть, деньги от продажи угля не утекают неизвестно куда, существенная часть прибыли остаётся в местности и работает на общее благо. Слышали ли вы о чем-то подобном в Кузбассе?
Нет. Напротив, наши угольщики не только не делятся прибылью, но и всё время добиваются для себя льготных условий налогообложения, стремясь к тому, чтобы свести, если возможно, свои расходы в части отчислений, к нулю.

Единственным плюсом, который кузбасские угольщики бросают как кость собаке в качестве аргумента, звучит – мы даем вам рабочие места.
Точно так же считают и власти. Обеспечение работой они считают совершенно самодостаточном условием для решения о добыче угля вблизи населенных пунктов.
То есть, они по умолчанию принимают местных жителей за работников угледобывающей отрасли, не допуская сомнений, что такая навязчивая профориентация населения без учета их предпочтений, выглядит весьма странно.

Важнейшим вопросом в работе угледобывающего предприятия Германии, является негативное воздействие на окружающую среду.



Угольные компании Германии работают под жесточайшим прессингом активистов, борющихся за полный отказ от использования угля. На границах угольных карьеров постоянно проводятся массовые акции. Самая крупная из них была организована в прошлом году и собрала 50 тысяч человек, которые выступили в защиту Хамбахского леса. Энергетическая компания хотела расширить границы добычи, вырубив небольшой лес и столкнулась с жёстким сопротивлением активистов, буквально поселившихся в лесу прямо на деревьях. Они основали там временное поселение, превратив его в место постоянного проживания сменяя друг друга. В результате они добились судебного запрета на вырубку леса.



Разрез располагается на безопасном расстоянии от населенных пунктов. Вредное воздействие, оказывающее какие-либо неудобства для местных жителей, минимизируются.
Другими словами, жители знают, что вон там, в той стороне есть разрез, но не обращают на его работу внимания, потому что его деятельность их не беспокоит.
Жилые сектора в обязательном порядке отделены от разреза достаточно широкой лесополосой.



Не может быть и речи о передвижении техники по дорогам общего пользования. Только технологические дороги.

Транспортировка угля осуществляется непосредственно от роторного экскаватора прямо до ТЭЦ по многокилометровым конвейерным лентам.
Никаких большегрузов, поднимающих тонны пыли.





На следующем изображении видно, что компании не позволили протянуть конвеер к ТЭЦ напрямую по каким-то причинам и конвейер пришлось запускать в обход. Между ковейерным полотном и ТЭЦ разместились поля и автотрек для внедорожных гонок.



Если ТЭЦ расположена далековато, уголь по конвейеру доставляется на погрузку сразу в вагоны состава, который отвозит его на ТЭЦ.
Железнодорожное полотно проходит в углублении искусственного оврага, ниже уровня поверхности земли – чтобы ветер не разносил угольную пыль при транспортировке.

В России в отношении угольной отрасли действуют сверхмягкие нормы и требования, и даже они не соблюдаются и грубейшим образом нарушаются. Заглянув в официальные сведения о бюджете, мы обнаружим, что компенсации за негативное воздействие на окружающую среду со стороны всех угольных предприятий вместе взятых, смехотворны. Например, в Киселёвске в 2018 году они составили 256 рублей в год в расчёте на одного человека. Вдумайтесь, компенсация за невозможные условия для жизни: угольные торнадо, червивую воду, горящую землю, черный снег, жителю Киселёвска составляет 70 копеек в день. И даже над расходованием этих средств люди не имеют никакого контроля.

Энергетические компании Германии имеют четко разработанный план перехода на возобновляемые источники энергии и двигаются курсом на полный отказ от использования угля.
При этом, учитываются все нюансы и когда это произойдет, можно быть на 100% уверенными в том, что экономика будет переформатирована таким образом, что отказ от угля не приведет к потере рабочих мест. А земли будут рекультивированы так, что следов угледобычи не останется.

Из отработавших своё угольных карьеров, в Германии часто создают озёра.



На берегу одного из таких озер действует музей под открытым небом. Туристы могут подняться на циклопических размеров погрузочную станцию, и стоя на огромной высоте, порассуждать о техногенном воздействии на природу со стороны человеческой цивилизации.



На территории музея на берегу искусственного озера под открытым небом проводятся какие-то массовые мероприятия.

Рядом с затопленным карьером можно видеть поля солнечных батарей и ветрогенераторы – таким образом ближайшая ТЭЦ осуществляет постепенный переход на источники возобновляемой энергии.

Никто не пытается скрыть как ведется работа разрезов. Наоборот – проводится политика максимальной открытости и прозрачности.
Предприятие создает на краю разреза оборудованные смотровые площадки и размещает там стенды, разъясняющие детали производственного процесса.







Люди должны знать, какой ценой и какими методами добывается энергия, обеспечивающая им жизненные удобства и комфорт. И добывающие компании создают все условия, чтобы дать людям такое понимание.
Это разряжает напряженность. Когда люди видят, что их интересы соблюдены и в конечном счете работа предприятия нацелена им во благо – это снимает множество вопросов.

Разрез превращается в объект туристической инфраструктуры.



Это кафе расположено прямо на границе разреза. Здесь есть всё необходимое, чтобы провести время. Прекрасная дорога, парковка, сквер, спортивный городок, детская площадка и парк развлечений.
Посмотрите на инфраструктуру сверху:



В это трудно поверить, но рядом с кафе есть огромное поле для гольфа. Но не для традиционного гольфа. Гольф, где ты, двигаясь от лунки к лунке, преодолевая препятствия из искусственных фигур и сложного рельефа, пытаешься отправить в лунку футбольный мяч ударом ноги.
Здесь же рядом, на окраине населенного пункта два футбольных поля.

За работой огромных экскаваторов можно наблюдать сидя в шезлонгах прямо на краю карьера.



А вечером здесь можно устроить даже романтическое свидание.



Слышали ли вы когда-нибудь хотя бы слово от нашей власти о планах отказа от добычи угля?
Ни один чиновник, никогда не проронил на этот счет ни слова.
А это означает лишь одно – уничтожение региона будет продолжаться, смертность будет расти, регион продолжит пустеть, а условия жизни остающихся будут неуклонно ухудшаться.
Если бы немецкие угледобытчики позволяли себе такое варварство, которое является стилем работы наших угольщиков, их бы изничтожили в кратчайшие сроки, пережевали и выплюнули косточки.

Обычный населенный пункт, расположенный в непосредственной близости с карьером живёт примерно так:



Это городок Эльсдорф. С прилегающими несколькими деревеньками его население составляет 21 тысячу человек.

Центр Эльсдорфа расположен всего в полутора километрах от края угольного карьера и выглядит так:



Здесь есть 50-ти метровый бассейн под открытым небом, с вышкой для прыжков. Детский бассейн с водяной горкой. Два стадиона (с искусственным и травяным покрытием). 6 теннисных кортов и две спортивные площадки. Посреди всего этого две огромные лужайки для загара, пикников и отдыха на траве.



И это далеко не вся спортивная инфраструктура поселка. В поселке есть футбольный клуб, у которого свои два стадиона и множество других общественно значимых объектов.

А у нас в Киселёвске не так! Хорошо, что вы это заметили!
Возникает вопрос. Как же так? Почему такая разница? Где вся эта идиллия в Киселёвске?

Демократия друзья.
В органы муниципальной власти здесь никаким образом не может просочиться говнюк, целью жизни которого является – лебезить перед начальством и плясать под дудку крупных бизнесменов. Такой здесь не просто не сможет задержаться в должности – он превратится в изгоя и скорее всего ему придется покинуть местность.
Поэтому мэр здесь с народом.
Вот, например, речь мэра небольшого городка, вблизи которого собираются открыть разрез.
«Это свинство, иначе не скажешь. После долгих раздумий я встретился с представителями партий и мы сказали – нам нужна ясность, чёткие формулировки, быть или не быть карьеру. Если да, то нам нужны гарантии по реализации этого плана на ближайшие 10 лет. И пока федеральное правительство и концерн RWE не представят нам их, город не будет принимать участие в переговорах»



Зацените друзья, мэр малюсенького городка вместе с представителями партий посылает в задницу федеральное правительство и энергетический гигант, у которого 18 тысяч сотрудников и отказывается даже садиться с ними за стол переговоров, пока они не перестанут мямлить и не сделают четких, конкретных предложений городу.
Обратите внимание, мэр говорит это съемочной группе телевидения прямо в церкви.
Это к вопросу о предназначении церквей. В здоровом обществе они являются центром общественной жизни, а не странным местом, где совершает свои магические обряды ряженый чародей под всеобщее непонимание что происходит.

Перевели дух? А теперь посмотрите на жалкое ничтожество, управляющее вашим городом.
С каких таких щей в кресле мэра сидит говнюк, который предает жителей города, который принимает решения, наносящие вред и ухудшающие положение горожан?
А всё просто – его поставили над вами, чтобы грабить вас.

И поэтому типичный вид на улице немецкого городка, расположенного на границе разреза такой:



А в Киселёвске такой:



Наверняка вам интересно, а как же в Германии решается вопрос переселения, если необходимость добычи делает такое развитие событий неизбежностью.
Компания обязуется воссоздать абсолютные копии населенных пунктов на новом месте. Не может идти и речи о лишении людей земли или ухудшении условий их проживания.
Но даже на такие условия жители идут крайне неохотно, до конца борясь за то, чтобы оставаться на земле своих предков. О переселении они говорят как о поражении.
Почувствуйте разницу – немец, которому создают прекрасные условия для переселения, упирается и не хочет покидать свою землю.

А кузбассовец мечтает о переселении, но ему никто не торопится не то что создать условия для этого, но переселяют исключительно, когда работа предприятия уже начинает жестко угрожать его здоровью и жизни, провоцируя жителя на то, чтобы он не выдержал и попытался решить вопрос смены места жительства самостоятельно.

Еще раз. Это важно. Когда немцы говорят о своём переселении, там вообще не озвучиваются вопросы материального плана. То, что их имущественные права и выгода будут соблюдены – не обсуждается. Главный вопрос, который их волнует – необходимость покинуть землю своих предков, утратить церковь, где их венчали, потерять дом, где родился их первенец и прочие вещи подобного плана. Они говорят о любви, которую вложили в эти места их деды и отцы, рассказывают о своих мечтах передать всё своим детям.
Вопрос о переселении решается задолго до того, как негативные последствия от деятельности карьера начнут приводить к ухудшению условий их жизни.

Сравните это с тем, как подобные процессы протекают в Киселёвске и других населенных пунктах Кузбасса.

Подумайте над тем, почему Германии дешевле купить уголь в России, чем выкопать из своей земли? Что это значит? А значит это то, что добыча угля в России ведется настолько варварскими способами, с такими чудовищными нарушениями, с таким колоссальным ограблением рабочих и настолько минимальными налогами, что уголь с учетом транспортировки на тысячи километров всё равно дешевле добываемого в Германии. Но самое удивительное в том, что при всём при этом, владельцы российских угольных предприятий умудряются иметь на этом такую маржу, которая позволяет сказочно богатеть в кратчайшие сроки.
Надо ли говорить, что за всё это кузбассовцы платят своим здоровьем, своими жизнями, они жертвуют будущим своих детей и находятся практически в положении рабов.

Если бы кузбасские угольные предприятия перешли в своей работе на немецкие стандарты, это привело бы к такой стоимости российского угля, которая сделала бы невозможной его экспорт в Германию.
И единственная причина, почему нас грабят – мы позволяем такое отношение к себе.



Я обещал прямое обращение к жителям Киселёвска и вот оно:

В вашей земле копаются никакие не угольщики. Это – мародёры. Потрошители. Они здесь, чтобы выпотрошить вашу землю, забрать всё, что у вас есть, оставив вас и ваших детей гибнуть на уничтоженной земле в нищете. У вас нет никаких шансов зажить на этой земле когда-либо нормально. Пока на ней хозяйничают чёрные копатели, у вас будут невыносимые условия жизни и бедность. А если они прекратят свою деятельность, вы погрузитесь в нищету. Ваш город обречен. Все заверения, что что-то изменится к лучшему – ложны и звучат для отвода глаз.

Для шайки преступников вы не более, чем бычки на мясокомбинате. Заклание уже предопределено. Вопрос лишь во времени. Вам врали, врут и будут врать. Каждый год условия вашей жизни ухудшаются, но вы продолжаете верить в сказки, которые вам годами рассказывают проходимцы, которых вы даже не избирали себе в начальники – с помощью фальсификаций на выборах, их поставили господствовать над вами очень богатые и влиятельные люди, для которых ваши жизни не ценнее угольной пыли.

Вам врут, что угольная отрасль и угледобыча может выглядеть только так, как это происходит у вас. Но это чудовищная ложь. Уголь на вашей земле добывают самым варварским из возможных способов. Хуже это делать невозможно. Хуже может быть только если заставить вас крошить пласты кайлом и возить уголь тачками.

Вам врут, потому что у вашей местной муниципальной власти отобраны все полномочия и она ни на что не влияет, а региональная власть – это наместники, надсмотрщики, задачей которых является выкачать под ноль недра и распределить прибыль по схеме: своему начальству, себе и своим друзьям – всё, а вам – ничего, кроме жидкой похлёбки, чтобы были силы работать.

Вы знаете, что это правда. Вы в течение многих лет убеждаетесь на собственной шкуре, что до вас никому нет дела, о вашем благополучии никто не помышляет и обеспечение вам достойных условий для жизни не стоит даже в конце списка задач расхитителей и грабителей вашей земли.

Посмотрите на своё городское начальство – это жалкие прихвостни, которые будут послушно выполнять любые распоряжения сверху, даже если это напрямую ухудшает вашу жизнь и нарушает ваши права.
Вы имеете абсолютное право ненавидеть власть, которая так издевается над вами. Ни один человек не обязан терпеть такое.

Вы терпите. Но это терпение не в ожидании выздоровления. Это терпение по пути в могилу.
Иная судьба у потрошителей для вас не предусмотрена.

Тех, кто убивает вас, ставленник кремля называет социально-ориентированными предпринимателями. Более чудовищной лжи невозможно себе представить.
Ваш город обречен на медленную мучительную смерть с прохождением через череду непрекращающихся приступов в виде угольных бурь, отравленной воды, выбросов отравляющих газов, грязи, лунных ландшафтов, провалов, оползней и перманентной нищеты.

Такая же судьба ждёт Прокопьевск, Гурьевск, Краснобродский, множество маленьких поселков и деревень.
Потрошители выпотрошат вас полностью.
Они не умеют по-другому.
Они никогда не признают за вами право на достойную жизнь. Это – живодёры и мародеры, единственной целью которых является грабёж.
Они всеми средствами доказывали вам это многие годы, но доказательств вам всё время недостаточно.

И что же делать, спросите вы?
Спасение утопающих – дело рук утопающих.
Больше мне сказать нечего.