Alexandre Myslenkov (myslenkov) wrote in namarsh_ru,
Alexandre Myslenkov
myslenkov
namarsh_ru

Categories:
  • Location:
  • Mood:
  • Music:

Акция "Путин - пидарас"

Предыстория.
За несколько дней до митинга мне позвонил один из активистов, завсегдатай Триумфальной и других протестных мероприятий, Геннадий Строганов. Он-то и предложил поучаствовать в его акции. Они собрались поднять плакат-растяжку "Путин - пидарас".
Между прочим, Гена сразу предупредил меня об ответственности за такое, сообщив о 319 статье - публичном оскорблении представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей или в связи с их исполнением.
http://www.zakonrf.info/uk/319
Я тут же нашёл её в интернете, внимательно изучил термины "исправительные работы" и "обязательные работы", взвесил все "за" и "против".
И решил, что такое наказание я выдержать смогу. Главное, что тюрьмы по 319-ой нет. Сейчас у меня работа начнётся, туристический весенний сезон скоро. Нельзя мне садиться пока. Вот летом, когда я свободен, 2-3 месяца заключения не помеха. А вот сейчас никак нельзя.
Сам лозунг мне не очень понравился. Смелый, да. Но я-то не экстремист, и никогда им не был, а тут ... Спросил об альтернативе. Она нашлась, мудрый Строганов приготовил и другие плакаты.
Сговорились на том, что я возьму отдельный плакат, "Долой кремлёвских оккупантов": такой лозунг пришёлся мне немного больше по душе.
Встретились на Садовом. Я опоздал на 20 минут, поэтому мой лозунг забрал другой активист, Паша, оставив меня без плаката. Решили, что буду просто группой поддержки.
Всего нас было шестеро.

Акция "Путин - пидарас".
Мы по Садовому быстро дошли до Триумфальной, уже в дороге договорившись кричать вместе дружно лозунги. Гена приготовил даже бумажку с шесть кричалками, про Путяру, ну и "Долой кремлёвских оккупантов", и "Нам нужна другая Россия".
По пути встретили друзей, уже разведавших обстановку: нас стало уже больше десятка. Мы прошли там же, где меня задержали вечером 31 октября, мимо дома №15, старинного особняка, ныне больницы, и на меня нахлынули воспоминания.
Внутреннее Садовое (мимо зала Чайковского) уже было перекрыто ОМОНом.
Ппришлось идти в обход через сад к метро, а там по Тверской.
Мы прошлись раз, другой мимо памятника. Пытались остановиться и постоять, но менты прогоняли всякий раз, не давая скапливаться.  Приглашали на согласованный митинг. Мы вежливо отказывались.
Людей было много, по Тверской шли люди, к метро, и от метро, потоки сталкивались, потому что милиция всё перекрыла, оставив узенький коридор.
Облазив его весь, мы наконец принялись выбирать место для нашей акции. Сперва хотели прямо у рамок, но там было пусто: на часах уже пол-седьмого, митинг идёт, кто-то выступает. Я ничего не слышу, поглощённый предстоящим. Волнуюсь. Всё-таки, в первый раз участвую в таком демарше. Встретил Георгиевского, он предупредил, что статья 319 точно будет, и напомнил, что могут в СИЗО продержать. А СИЗо в мои планы не входил, я забыл совсем, что могут и туда засунуть.
Но отступать было поздно.
Пройдясь туда-сюда, мы привлекли внимание корреспондентов, а вслед за ними и ментов. Надо было решать быстро. Остановились у подземного пешеходного перехода, примерно в 18:35-18:40.
Ребята подняли на палках растяжку с плакатом "Путин - пидарас". Девушка, бывшая с нами, подняла свой плакатик, "Путин нахуй бабла". Я встал рядом, прикрывая одного из парней, державшего одну из опор растяжки.
 Менты среагировали быстро. Очень быстро. Мы простояли секунд 15, после чего на нашу группку налетели "космонавты" в шлемах.
Мы успели прокричать "Долой кремлёвских оккупантов".

Задержание, и месиво в предбаннике автозака.
Меня схватил один, пытался заломить руку за спину, но я не дал.
Впрочем, я не сопротивлялся, так и сказал державшему меня, что драться не собираюсь. Он прижал меня к парапету перехода, пока его коллеги хватали остальных. Потом рванул в сторону автобуса. С меня слетела шапка, я хотел подобрать, кричал, чтобы остановились, и вернули шапку, но омоновец проигнорировал мои требования, и потащил в автобус.
Мы начали скандировать "Россия без Путина". Я не сопротивлялся активно, но идти-то всё равно не хотел. Тогда меня взяли за ноги, за руки, и понесли в автобус. Со мной такое случилось впервые: я парил, летя над тротуаром, крича в лица встречных людей "Россия без Путина". Я выкрикивал это, пока меня не донесли до автобуса.
А вот на входе в автозак произошла заминка. В заке уже сидела герой вечера, Настя Рыбаченко, и несколько ребят. Они сопротивлялись, толкались с омоновцами, пытаясь освободиться и выйти. Главным очагом сопротивления был другой герой, Поздняков. Их еле запихнули, тут же в предбанник впихнули нас - меня и пару нацболов, парня с девушкой. Дальше в предбаннике я был с ними рядом, вместе.
Но Настя не сдалась, и когда открыли дверь фургона, чтобы втолкнуть туда нас, вырвалась. Один омоновец держал меня, один сражался с Настей, одновременно удерживая двух нацболов. Мы начали кричать "Свободу"! Какой-то злой мент пригрозил ударить нас, мы возмущённо осадили его, мол, ты чего, за что это, мы же не дерёмся, просто кричим.
Мясо в предбаннике продолжалось. Или в этом месиве, или попозже, ей раскроили палец, а кто-то - но вроде не Настя - укусил омоновца за палец.
Омоновец, державший меня, отпустил и отошёл, остался один. Настя вырвалась к двери. Я шагнул к ней, заслонив от омоновца, не дав ему ухватить её, для того, чтобы Настя смогла вылезти.
Она и вылезла. Я наблюдал, как медленно Настя, спиной назад, падала прямо в толпу милиционеров, сгрудившихся у входа в автобус, защищая его от толпы оппозиционеров и журналистов. Прямо на шлемы "космонавтов". Падала она медленно, а я не мог ей помочь, поддержать.
Надо было ей на крышу лезть, да я не догадался подсадить. Что ж, не беда, надо же учиться, и набираться опыта. В следующий раз попробуем.
Тут в автобус начали заталкивать Позднякова. Мы кричали, чтобы омон не трогал дедушку. Ему порвали куртку на боку, с ним не могли долго справиться трое сотрудников. Сильный старик.
Но в итоге, разумеется, всё равно его выдавили из предбанника в фургон. Забавная деталь: омоновцы закрывали внутреннюю дверь за каждым. И после Позднякова, когда пришла наша очередь, они не могли найти от неё ключ. Омоновец шарил по полу, показывая своим товарищам прокушенный палец. Ранение ерундовое, как укол, когда кровь из пальца берут, но он был очень удивлён.
Вообще он оказался вежливым парнем, в отличие от коллег, периодически наносивших удары задержанным.
Наконец в фургон прошли мы, уже спокойно, так как не сопротивлялись. Тут же и Настя оказалась, не смогла она вырваться всё-таки.
В автозаке уже сидели ребята, взятые за другие плакаты: "Проститутки в судейских мантиях", из "Обороны", если не ошибаюсь. Позже, в отделении, протоколы составили на нас всех одинаковые, смешав все лозунги, плакаты и группы в одну кучу, и таким образом приписав каждому вообще всё, что происходило на пятачке у подземного перехода.
Вскоре к нам подсадили ещё одного героя - парня из Левого Фронта, которого избили уже серьёзнее. Его успели, ещё на улице, потоптать ногами, пройдясь по нему, когда его свалили наземь, и приложить по голове ногами в берцах, на что он очень зол был, ругал омон и ментов. Ему разорвали кожаный ремень! Представляете? Ровно, будто разрезали. Это с какой же силой надо было хватать и рвать парня, чтобы разорвать хороший ремень.
У Насти из пальца текла кровь. Я дал салфетку, нацболы достали бинт, а Поздняков, Рэмбо, зубами разорвал на себе рубашку, вдвоём мы оторрвали от неё левый рукав, и отдали Насте; хотя этот рукав ей так и не пригодился.
Поскольку мы долго не уезжали, то принялись шуметь. Скандировали "Свободу", стучали по крыше и стенам автобуса, попытались раскачать, но не вышло, маловато нас было. Кстати, потолок автобуса был уже проломлен, видимо, многие задержанные стучат. А в отделении обвинили избитого активиста Левого Фронта в том, что это он пробил!
Один скромный кудрявый парень, сидевший в самом конце и немного смахивавший на молодого Есенина, всё просил не материться, когда слышалась ругань нацболов. Этому парню порвали брюки - от пояса до конца разорвали штанину вдоль, по шву.
Наконец поехали.
В целом ,милиция вела себя на удивление вежливо и корректно. Меня так ни разу и не ударили: впрочем, я сразу говорил сотрудникам, что не собираюсь с ними драться, поэтому и им не надо меня трогать.

В отделении.
Приехали быстро, в 19:10, в Мещанское ОВД, на Сретенке. И началась стандартная процедура. На этот раз уже были готовы семь девушек, сотрудниц, быстро заполнявших одинаковые на всех протоколы, чтобы передавать нас дальше по технологической милицейской цепочке четырём участковым, оформлявшим административное дело по привычной статье - 20.2, части 2, КоАП.
В отличие от моих предыдущих задержаний, на сей раз меня обыскали - с двумя понятыми, и протоколом, всё, как полагается.
Участковый, капитан, "забывший" указать свою фамилию в протоколе, был спокоен, как слон. Писал только медленно, бедняга, его всё время торопили.
Все милиционеры очень смеялись, когда писали лозунги нашей акции - "Путин - пидарас", и лозунги других групп: "Проститутки в судейских мантиях", "Долой Путина", "Свободу народу". Особенно их смешил клич "Долой милицейский беспредел".
В процессе оформления к нам пришли члены ОНК, лично некий Куликовский опрашивал нас на предмет избиений. Я рассказал про Позднякова и Настю, то есть, про избиения, которым сам был свидетелям, поскольку про себя мне сказать было нечего, не били.
Но в том же зале отделения, с участковыми, я сидел совсем недалеко от Насти, за соседним столом, и слышал, как она рассказывала этому Куликовскому про свою травму. Оказывается, менты, когда схватили её, или толкнули, или протащили, прямо по стеклу разбитой рекламы.Все были, как всегда в отделениях, вежливы, хотя периодически вспыхивали трения между задержанными и их оформителями. САмый крукпный конфликт случился у Насти Рыбаченко с участковым, который при досмотре её рюкзака, изъял у неё иголку с ниткой. Она возмутилась, что незаконно изымают вещи, потребовала протокол, он ей отказал.
А Насте всего-то надо было подшить надорванные в схватке джинсы. Из-за поднятого ей шума пришёл начальник ОВД, приказал увести Настю в КАЗ (видимо, камеру).
Со мной рядом сел один из нацболов, ловко тролливший девушку, заполнявшую на него протокол. Он сумел заинтересовать её, она искренне любопытствовала, почему он пришёл на митинг, почему он не учится и не работает. Он объяснил, что не учится, потому что бросил в Фурсенко яйцом. А бросил, потому что не согласен с реформой образования - ЕГЭ, "озападниванием" нашей системы, и прочими "подвигами" министра.
С протоколом я не согласился, ибо мне приписали другие лозунги. Видимо, отдельным постом выложу текст протокола, чтобы все желающие могли сравнить милицейское творчество с истинной картиной произошедшего.
В результате мне дали обязательство явиться в суд, и определение о направлении дела в суд. Я отказался их подписывать, ибо судебные бумаги не люблю. Тогда привели понятых, всё тех же, их трое было на всех задержанных, и засвидетельствовали мой отказ от подписи: мол, обязательство было зачитано вслух.
После чего я наконец освободился. Забавно, что сотрудники ОВД забыли про дактилоскопию: сперва обещали её провести, я предупредил, что отказываюсь, и чтобы дали бумагу, написать заявление об отказе. Но, видимо, работники отделения от нас стремились избавиться побыстрее, и решили не затягивать дело ещё одной ненужной писаниной.
В общем, ровно три часа мы провели в задержании. В 21:40 я уже стоял снаружи, и мёрз без шапки, ожидая остальных. Спасибо Георгиевскому ,что пришёл
Но дождались мы не всех. Настю Рыбаченко вывели, и усадили в машину. Она успела сообщить, что её увозят в Тверское ОВД. Милиционеры нервничали, один даже попытался было запретить снимать себя фотографу.
Вслед за Настей туда увезли ещё одного оппозиционера "Солидарности". Мы дождались Строганова, и разъехались по домам.

Фото Гены Строганова на BBC: http://www.reuters.com/article/2011/01/31/us-russia-protest-idUSLDE70U1K820110131
Фотографии с площади в Новой газете: http://www.novayagazeta.ru/news/989221.html
Tags: Левый фронт, МВД, НБП, ОМОН, Оборона, Солидарность, акция, митинг, нацболы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments