zajkov (zajkov) wrote in namarsh_ru,
zajkov
zajkov
namarsh_ru

Сергей Зайков СЫНОВЕЙ ЗАПИШУТ В ЭКСТРЕМИСТЫ, ДОЧЕК – В ЭКСТРЕМИСТКИ!
Создана система заочного внесудебного осуждения российских граждан.

27 февраля 2008 года восемнадцатилетний студент Томского политехнического университета Егор Старостин приехал на поезде в Томск из своего родного Омска. В его купе зашли два милиционера и устроили проверку документов. Они забрали паспорт Егора, едва заглянув в него, и приказали студенту пройти с ними.
В Томском линейном отделе внутренних дел на транспорте вещи Егора обыскали, а студенту объяснили, что задержали его по приказу, за что – не знают. И поинтересовались, чего он такого натворил. Но Егор тоже ничего не знал. Вскоре подошел оперуполномоченный Назаров Юрий Анатольевич, и все благополучно выяснилось.
Оказывается, задержали Егора за экстремизм. Дело в том, что Егор – сын председателя Сибирской конфедерации труда Василия Старостина. А если ты - сын лидера альтернативных профсоюзов в масштабах Сибири, значит, ты - экстремист. А если ты - дочка, значит, экстремистка. Причем задержали студента на основании какой-то телеграммы. Разумеется, Егор тут же попросил показать ему телеграмму, но Назаров важно сказал ему, что не положено. Хотя граждане вправе знакомиться с любыми документами, касающимися их прав. Тем более, касающихся их права на свободу, постоянно нарушаемого всякими излишне ретивыми держимордами.
Милиция в обороне - телеграммы не было, задержания не было! Через полтора часа Егора отпустили, взяв с него объяснительную, зачем он приехал в Томск. Вскоре по просьбе родителей Егора я подъехал к вокзалу, предварительно сказав ему не уходить, так как надо разобраться с незаконно задержавшей его милицией. Поскольку задерживать граждан можно только на основании закона, а не потому, что кому-то из милицейских чинов моча в голову ударила.
Когда я зашел в Уголовный розыск линейного отдела ВД, то мне удалось мельком увидеть столь секретную телеграмму и прочесть часть текста. В ней говорилось, что установлено: Егор Старостин – экстремист, и его полагается включить в список экстремистов. Подписана она была какой-то Миньковой, кажется, в чине подполковника. Кроме Назарова, в кабинете был его начальник, назвавшийся начальником уголовного розыска Белоусовым Сергеем Алексеевичем. Ни тот, ни другой не захотели показать мне свои удостоверения, хотя сами внимательно изучили нотариально заверенную доверенность, выданную на мое имя Егором месяц назад, что оказалось для них неожиданностью. Кто я такой, они знали, что меня не удивило – наверняка правозащитник Владимир Губа и я занимаем первые два места в томском списке экстремистов. Кстати, вскоре подошел и Губа.
Я коротко объяснил милиционерам, что задержание и взятие объяснения были незаконными, т.к. признать экстремистом может только суд, а судебного решения у них нет. И что процессуально они совершили действия, выполняемые по отношению к поднадзорным элементам (условно осужденным), хотя Егор к таковым не относится. А телеграмма не может быть основанием для задержания. После чего Белоусов ушел в глухую оборону, заявив, что никакого задержания не было – Егора же отпустили. И никакой телеграммы тоже не было. А когда я у него поинтересовался, чего тогда я только что видел, он сказал, что такой текст можно легко изготовить компьютерным образом, а синей печати на нем не было. Давать какие-либо объяснения о незаконном задержании, незаконном взятии объяснительной и столь же незаконном обвинении в экстремизме он отказался.
Внесудебный заочный порядок признания граждан виновными в экстремизме. Теперь рассмотрим все это с точки зрения законности. Первое: само составление списков экстремистов противозаконно. Потому что в соответствии ч. 1 ст. 49 Конституции РФ признать гражданина виновным в экстремизме может только суд. Нынешний принцип формирования списков прост – туда записывают всех, кого захочется. Вписывают всех, кого можно и кого нельзя, дабы «отчетность по выявлению экстремистов» лучше смотрелась. В том числе и по родственному признаку, как Егора. Т.е. российских граждан признают виновными в экстремизме простым занесением в список. Причем делают это заочно, их не извещая.
Иногда доходит до абсурда. Томской милицией были записаны в экстремисты председатель Молодежного парламента Павел Мамаев и один из членов этого парламента Искандер Ахметов. Дело в том, что Молодежный парламент существует при областной Думе. И является для областной администрации столь же родным, как и молодежка «Единой России». Разумеется, участковый, осуществлявший в отношении «экстремистов от областной администрации» обычную процедуру сбора сведений о поведении «поднадзорных», не имел ни малейшего представления о незаконности своих действий. И объяснил молодым парням, чем вызван столь навязчивый интерес к ним. Разразился скандал. Мамаев с Ахметовым сперва хорошенько потоптались на милиции в средствах массовой информации, а потом пошли к своему «куратору», спикеру томской областной Думы Мальцеву. Милиция была вынуждена извиниться перед ними.
«Надзор» над гражданами, внесудебным порядком признанными виновными в экстремизме. «Надзор» над «экстремистами» приравнивает их к уголовникам, осужденным судом. Ведь действия по «надзору» за «экстремистами» не являются чем-то особым. Это обычный надзор за лицами, осужденными судом, но в настоящее время находящимися на свободе. Т.е. условно осужденным. Но ведь представители общественности, которых записывают в «экстремисты», никаких преступлений не совершали. И суд их не осуждал. А надзор, тем не менее, осуществляется, причем, более жесткий, чем условно осужденных. Условно осужденными занимаются только участковые, а «экстремистами» - еще и ФСБ, УБОП, и как выяснилось на примере случая с Егором Старостиным, вдобавок еще уголовный розыск. Действия по надзору не просто чей-то беспредел, это процессуальные действия, позволяющие (с учетом внесудебного порядка признания экстремистами) сделать однозначный вывод – должностными лицами «правоохранительных» органов СОЗДАНА СИСТЕМА ЗАОЧНОГО ВНЕСУДЕБНОГО ПРИЗНАНИЯ ВИНОВНЫМИ (ОСУЖДЕНИЯ) РОССИЙСКИХ ГРАЖДАН.
Система наказаний российских граждан, внесудебным заочным порядком признанными виновными в экстремизме. Существование системы заочного внесудебного осуждения российских граждан само по себе нуждается в системе внесудебных наказаний, т.е. внесудебных расправ. Хотя факт широкого применения внесудебных расправ должностными лицами «правоохранительных» органов хорошо известен многим, но мало кто понимает, что внесудебные расправы являются следствием системы заочного внесудебного осуждения. Ведь, прежде, чем принять решение о внесудебной расправе, т.е. «наказании», надо человека сперва «осудить» (документально фиксируется внесением в список экстремистов и действиями по надзору). Именно «списки экстремистов» являются основанием для любых внесудебных расправ, включая убийства.
Я не буду писать о внесудебных расправах, хотя сам сталкивался с ними неоднократно, слишком уж много о них написано. Отмечу только, что они осуществляются разными путями. Путем фальсификации уголовных и административных дел (то, что используется суд, не играет роли, т.к. суд выступает в роли ширмы, утверждающей не им принятое решение о «наказании», вопрос о виновности им фактически не рассматривается). Путем нападений, похищений и убийств (как с Червочкиным). Действиями, выходящими за рамки надзора. Например, могут добиться исключений студента из ВУЗа, даже путем признания его психически ненормальным. Между прочим, если условно осужденный учится в ВУЗе, вряд ли милиция будет добиваться его исключения. Или помешать передвигаться по стране.
Что делать? Давно пора кому-нибудь из российских депутатов запросить и получить «списки экстремистов» всей России. А потом сделать запросы, чтобы были предоставлены все документы, на каких основаниях был внесен в список каждый человек. И какие действия по надзору и кем за каждым из этих людей осуществлялись. А потом надо ставить вопрос о возбуждении уголовных дел на всех соучастников «охоты на ведьм».
Тем более, что список статей Уголовного кодекса РФ, по которым их можно садить, не так уж мал. Например, человека внесли в «список экстремистов», начинают предпринимать в отношении него действия по надзору, в разные инстанции рассылаются официальные документы, что он «экстремист». Пример – Егор Старостин. Он не был признан судом экстремистом. Значит, в документы были внесены заведомо ложные сведения о том, что он экстремист, т.е. ст. 292 УК РФ «Служебный подлог». Обратите внимание, по этой статье можно сразу сажать всех, кто составлял списки экстремистов. Но телеграмма Миньковой, из-за которой его задержали, подразумевает ответственность Миньковой не только по ст. 292 УК РФ, ведь она была послана правоохранительным органам и является заведомо ложным доносом (ст. 306 УК РФ «Заведомо ложный донос»), а также клеветой (ст. 129 УК РФ «Клевета»).
Вдобавок, есть основания считать, что она была послана с целью ограничения свободы передвижения Егора (ст. 127 УК РФ «Незаконное лишение свободы»). А сама информация о поездке Егора в Томск была получена оперативным путем (ст. 137 УК РФ «Нарушение неприкосновенности частной жизни», ст. 138 УК РФ «Нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений»). Кроме того, столь своеобразное использование должностных полномочий Миньковой должно найти награду в виде ст. 285 УК РФ «Злоупотребление должностными полномочиями» или ст. 286 УК РФ «Превышение должностных полномочий». Как видите, неплохой список статей получился. А ведь я только начал. Если копнуть поглубже – такое вылезет!
Главное, чтобы никто из создателей системы заочного внесудебного осуждения российских граждан и соучастников «охоты на ведьм» не ушел от ответственности, какие бы посты они не занимали. Например, если министр МВД Нургалиев принимает участие в составлении «списков экстремистов» и ставит «экстремистов» под надзор, как уголовников, то его место – в тюрьме.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments